Статьи о переводах
  VVysotsky translated
◀ To beginning

 
В поисках Высоцкого (ежеквартальный журнал). - Пятигорск: Изд-во ПГЛУ, 2015, № 18

ОТНОШЕНИЕ К ТВОРЧЕСТВУ ВЛАДИМИРА ВЫСОЦКОГО В ЯПОНИИ*
Доклад на XIII Международном фестивале документальных фильмов о Владимире Высоцком в Кошалине
 

В Японии, в отличие от многих других стран, имя Владимира Семёновича Высоцкого остаётся практически неизвестным.

Ниже приведены данные о том, сколько материалов, связанных с творчеством B.C. Высоцкого, было выпущено в Японии.

Вот и всё.

Тиражи были, естественно, очень ограничены.

Что касается малоформатных печатных материалов, ситуация выглядит ничуть не лучше: несколько статей было опубликовано в книгах о театре; несколько статей и переводов стихов появилось в альманахах типа «Советская литература», в книгах о Москве и России, а также в учебниках, прилагающихся к радиопередаче «Курс русского языка».

Таким образом, полноценная книга, посвящённая исключительно одному Высоцкому, в Японии вышла только одна, - это перевод книги Марины Влади «Владимир, или прерванный полёт». Она была издана в 1992 г., но достать её сложно, так как издательство, выпустившее её, уже не существует.

 

Я знаю, что многие люди в России считают В.С.Высоцкого прежде всего гениальным актером. К сожалению, у японцев, не имевших контакта с Россией или бывшим СССР, имя Высоцкого не вызывает подобных ассоциаций.

В Японии был показан только один фильм с участием В.С.Высоцкого. Это фильм «Живые и мёртвые» (1964 г., реж. А.Столпер). Высоцкий в нём сыграл очень маленькую роль веселого солдата. Ни легендарного Глеба Жеглова, ни Гамлета широкая японская публика никогда не видела.

Совсем недавно я разговаривала с представителями двух издательств. Я спросила, нет ли у них желания издать сборник стихов или книгу любого формата о В.С.Высоцком, на что они мне оба ответили, что лично они бы с удовольствием это сделали, но, к сожалению, такой потребности у японского рынка нет. В.С.Высоцкого никто в Японии не знает, и формат его творчества не подходит современным японцам, поэтому продать тираж будет очень сложно.

Также мне известно, что несколько японских шансонье взяли в свой репертуар некоторые песни Высоцкого и сделали записи. Это, например, Ёсико Исии и корейский японец Еиичи Араи. Как показал опыт, в отличие от их остальных песен, репертуар В.С.Высоцкого в их исполнении не стал очень уж популярным.

В целом, ещё раз повторюсь, В.С.Высоцкий пока мало известен в Японии.

Вот здесь и возникает вопрос: а почему? Почему Высоцкий остаётся неизвестным в Японии? Выпуск дисков, статьи, книги - все это свидетельствует о том, что все-таки были попытки «раскрутить» его на японском рынке.

Однако «железный занавес» в СССР не давал японцам возможности в полной мере узнать культуру Советского Союза. Всем известные огромные «трудности перевода» также сыграли свою роль. Многие специалисты-переводчики наверняка согласятся со мной в том, что произведения Высоцкого, так же, как и Пушкина или Есенина, крайне сложно перевести на неславянские языки. Одного только хорошего знания русского языка здесь недостаточно.

Для японцев, как в 80-х, 90-х, так и в наше время, очень сложно понять не только мир, в котором жил В.С.Высоцкий, но и его точку зрения на этот мир, а также сам язык, который был им использован. Таким образом, для того, чтобы в полной мере оценить творчество В.С.Высоцкого, нужно преодолеть несколько высоких «барьеров». Тем более, что в Японии нет большой диаспоры выходцев из бывшего СССР, каковая могла бы стать межкультурным связующим звеном, сыграть роль «спутниковой антенны» в процессе распространения творчества В.С.Высоцкого в Японии. Поэтому то, что Высоцкий все еще остается неизвестным для японцев, - вполне естественное явление.

Но больше всего, наверное, препятствуют популяризации В.С.Высоцкого на японском рынке особенности японской массовой культуры как конца 80-х гг. 20 века, так и начала века нынешнего.

 

На японском рынке сейчас явно превалирует направление под названием «КАВАИЙ». Слово «КАВАИЙ» переводится как «хорошенький», «милый» и т.д. Чаще всего это слово используется в отношении маленьких детей или зверей. К примеру, приехавшие зимой в Россию японские туристы, увидев ребёнка, закутанного в шубу и ставшего похожим на мягкую игрушку, хором будут кричать «Ах, какой КАВАИЙ!». Или увидев маленького щенка или котёнка, также воскликнут: «Ах, КАВАИЙ!». Но это слово также может быть использовано и в отношении, например, огромного мужчины устрашающего вида. Например, этот громадный мужчина взял на руки маленького щенка и начал кормить его из соски - для японцев это зрелище будет в высшей степени «КАВАИЙ». То есть, в данном случае уже не щенок, а сам мужчина будет вызывать чувство «КАВАИЙ».

Всё то, что относится к «КАВАИЙ», почти безоговорочно считается в Японии «хорошим» во всех отношениях. Сегодня многие иностранцы понимают японское слово «КАВАИЙ» без перевода. Это связано с популяризацией во всем мире аниме - японских мультфильмов, а также манга - японских комиксов. Часто слово «КАВАИЙ» трактуется как нечто «детское». Но на самом деле это не совсем так.

Традиция чтить всё то, что является «КАВАИЙ», уходит далеко в эпоху Хэиан (конец 8-го - 12-й вв.). Особенно четко это проявляется у классика японской литературы писательницы Сэйсёнагон в «Записках у изголовья». Она написала это произведение приблизительно в 1000 г. В этом эссе она описывает различные вещи, включая природные явления, вызывающие у человека чувство восторга и любования. С тех пор в японской культуре возникло и культивировалось особое понятие «КАВАИЙ». (Сначало оно называлось немного по-другому, но я не буду сейчас слишком вдаваться в историю японской литературы).

Практически всё может стать субъектом «КАВАИЙ», так как значение этого слова имеет огромный диапазон.

В японской культуре ему можно противопоставить понятие «КАККО ИИ». Это слово можно перевести как «стильный», «модный», что-то вроде английского «cool». Например, Джеймс Байрон Дин и Брюс Ли - яркие представители «КАККО ИИ». Из россиян сразу приходит на ум Виктор Цой. Владимир Семенович Высоцкий также является типичным представителем «КАККО ИИ». Женщины, мужчины, машины (типа «Феррари»), звери (тигры или леопарды) также могут быть «КАККО ИИ». Известные во всем мире японские «крутые» ЯКУДЗА - тоже из той же сферы. Понятие «КАККО ИИ», равно как и «КАВАИЙ», имеет свои корни в эпохе Хейан. Но не будем углубляться в этом направлении, достаточно обобщить: в японской массовой культуре проявляется тенденция к чередованию традиций «КАВАИЙ» и «КАККО ИИ».

В послевоенный период и до конца пика бурного развития японской экономики (80-е гг.) в Японии превалировала тенденция «КАККО ИИ». Имидж молчаливого, но сильного «старшего брата» ценился очень высоко как в музыкальной индустрии, так и в кинофильмах.

Японское общество было вынуждено ускоренно двигаться вперёд и нуждалось в образе героя, который мог бы встать на страже справедливости, заступиться за беспомощных и слабых людей.

Но когда экономическое развитие достигло своего пика, а именно с 90-х гг., японское общество стало проявлять признаки «застоя», сохранения того, что уже было достигнуто.

Именно тогда образ «КАВАИЙ» начал доминировать над «КАККО ИИ».

Люди стали находить в маленьких, слабых или хорошеньких образах средство обретения душевного спокойствия. В нынешней японской культуре чрезвычайно большое значение придается «успокоительным» качествам произведений искусства. Слушая музыку, читая книги, просматривая кинофильмы, люди хотят «отдохнуть» от жизни, которая течёт в сумасшедшем темпе. Многие ищут в культуре «лечебный» эффект, способ избавиться от жестокостей реальной жизни.

Именно в это время Япония стала активно наращивать «экспорт» культуры аниме и манга.

 

Почему я так подробно остановилась на пояснении понятий «КАККО ИИ» и «КАВАИЙ»? Дело в том, что именно в них, в их чередовании кроется причина, почему имя Владимира Высоцкого до сих пор не прижилось на японской почве и не было принято японской публикой.

На самом деле, было два случая, когда Высоцкий мог бы основательно покорить Японию. Первый раз, когда в 1984 г. «Песню о земле» Высоцкого хотели использовать в аниме-фильме «Навсикая из Долины Ветров». Режиссёр этого фильма, Хаяо Миядзаки, сегодня известен во всём мире. Когда продюсер фильма Исао Такахата предложил ему песню Высоцкого, он буквально влюбился в неё и очень хотел использовать в концовке фильма. Но, к сожалению, в связи с неясной ситуацией с авторскими правами использовать эту песню не удалость, и в фильм попала музыка японского композитора Джо Хисаиси.

Аниме-фильм «Навсикая из Долины Ветров» был показан не только по всей Японии, но и по всему миру, имел грандиозный успех. Этот фильм является одним из самых известных японских аниме-фильмов. Он буквально создал бум на японские аниме и культуру манга. Если бы в нем была использована «Песня о Земле», сейчас Высоцкий был бы известен всей Японии.

Ещё один шанс был в начале 90-х, когда по японскому телевидению показывали рекламу модного магазина, при этом использовали песню В.С.Высоцкого «В темноте». К сожалению, эта попытка не имела большого успеха. Высоцкий не стал популярным.

Я думаю, это произошло потому, что в тот момент японское общество уже двигалось к эпохе «КАВАИЙ», и то, что Высоцкого пытались преподнести именно в формате «КАККО ИИ», препятствовало нормальному восприятию его японским обществом. Он просто не вписался в общую тенденцию.

Японские фанаты Высоцкого хранят его «настоящий» образ. И сопротивляются попыткам представить Высоцкого с другим имиджем. Они очень хотят, чтобы Высоцкий сохранил образ одинокого волка («ИППИКИ ООКАМИ»), который может заступиться за слабых, когда это необходимо.

Это правильное представление о Высоцком, но настаивать на таком имидже нет смысла, это не принесет Высоцкому славы в Японии, так как явно не соответствует понятию «КАВАИЙ», которое сейчас пользуется спросом в культуре Японии. Необходимо осветить Высоцкого и его произведения немного с другой стороны. Я думаю, что можно было бы пойти по пути, реализованном в аниме-фильме «Навсикая из Долины Ветров», о котором я упоминала выше.

В этом фильме показана глупость человека, который думает, что может силой контролировать мир природы. Это - шедевр о человеческой слабости и доброте, о конфликте между жизнью и смертью. Это - универсальные темы, которые веками волновали философов и литераторов. Обращаясь к ним, Хаяо Миядзаки и его команда использовали формат аниме. Этот фильм буквально напичкан элементами «КАВАИЙ». Даже страшные гигантские монстры-насекомые превращаются на глазах у зрителей в существа «КАВАИЙ». Подобная трансформация открывает радикально новые возможности для объекта изображения.

Думая о задаче, как можно было бы «внедрить» В.С.Высоцкого в нынешнюю японскую культуру, я прихожу к необходимости использования элементов «КАВАИЙ», в частности, в жанре аниме.

Визуализация поможет снять множество барьеров, которые сейчас препятствуют пониманию Высоцкого. Тем более - для японского потребителя культуры, привыкшего знакомиться с чем-либо через зрительное восприятие.

Изображение людей, находящихся в экстремальных ситуациях, раскрытие их жизненной позиции посредством очень сжатой формы - песни - это форма искусства, близкая японской культуре, в которой издавна существует жанр «сэнрю».

Я уверена, что, если найти подходящий формат, творчество Высоцкого может стать очень популярным в Японии. Например, несколько лет тому назад роман Достоевского «Братья Карамазовы» достаточно неожиданно вошел в пятёрку самых продаваемых книг в Японии.

В случае Высоцкого, такой «правильной формой» мне представляются «зрительные» жанры - аниме и манга. При этом будут сняты барьеры языка, и контент Высоцкого станет доступен для широкого круга японской публики.

Вот поэтому мы, японские ценители творчества Владимира Семеновича Высоцкого, должны перебороть в себе стереотипное восприятие его творчества, не зацикливаться на имидже «КАККО ИИ», а немного подстроиться под вкус потребителей и постараться найти более доступные средства для передачи сути его философии и красоты его творчества.



Примечание публикатора:
* Перед публикацией на сайте статья подверглась незначительным сокращениям и редакторской правке.