Я сам с Ростова, а вообще подкидыш - Я мог бы быть с каких угодно мест, - И если ты, мой Бог, меня не выдашь, Тогда моя Свинья меня не съест. Живу - везде, сейчас, к примеру, - в Туле. Живу - и не считаю ни потерь, ни барышей. Из детства помню детский дом в ауле В республике чечено-ингушей. Они нам детских душ не загубили, Делили с нами пищу и судьбу. Летела жизнь в плохом автомобиле И вылетала с выхлопом в трубу. Я сам не знал, в кого я воспитаюсь, Любил друзей, гостей и анашу. Теперь чуть что, чего - за нож хватаюсь, - Которого, по счастью, не ношу. Как сбитый куст я по́ ветру волокся, Питался при дороге, помня зло, но и добро. Я хорошо усвоил чувство локтя, - Который мне совали под ребро. Бывал я там, где и другие были, - Все те, с кем резал пополам судьбу. Летела жизнь в плохом автомобиле И вылетела с выхлопом в трубу. Нас закаляли в климате морозном, Нет никому ни в чем отказа там. Так что чечены, жившие при Грозном, Намылились с Кавказа в Казахстан. А там - Сибирь - лафа для брадобреев: Скопление народов и нестриженных бичей, - Где место есть для зеков, для евреев И недоистребленных басмачей. В Анадыре что надо мы намыли, Нам там ломы ломали на горбу. Летела жизнь в плохом автомобиле И вылетала с выхлопом в трубу. Мы пили всё, включая политуру, - И лак, и клей, стараясь не взболтнуть. Мы спиртом обманули пулю-дуру - Так, что ли, умных нам не обмануть?! Пью водку под орехи для потехи, Коньяк под плов с узбеками, по-ихнему - пилав, - В Норильске, например, в горячем цехе Мы пробовали пить стальной расплав. Мы дыры в деснах золотом забили, Состарюсь - выну - денег наскребу. Летела жизнь в плохом автомобиле И вылетала с выхлопом в трубу. Какие песни пели мы в ауле! Как прыгали по скалам нагишом! Пока меня с пути не завернули, Писался я чечено-ингушом. Одним досталась рана ножевая, Другим - дела другие, ну а третьим - третья треть... Сибирь, Сибирь - держава бичевая, - Где есть где жить и есть где помереть. Я был кудряв, но кудри истребили - Семь пядей из-за лысины во лбу. Летела жизнь в плохом автомобиле И вылетела с выхлопом в трубу. Воспоминанья только потревожь я - Всегда одно: «На помощь! Караул!..» Вот бьют чеченов немцы из Поволжья, А место битвы - город Барнаул. Когда дошло почти до самосуда, Я встал горой за горцев, чье-то горло теребя, - Те и другие были не отсюда, Но воевали, словно за себя. А те, кто нас на подвиги подбили, Давно лежат и корчатся в гробу, - Их всех свезли туда в автомобиле, А самый главный - вылетел в трубу.
© Владимир Высоцкий. Текст, музыка, 1977
© Владимир Высоцкий. Исполнение, 1977
132 2696,1672,2600,1570,1,2600,25122,2698,1570,1,2594,1570,2600,1576,1,2594,1576,2594,1570,1,2600,25122,2600,1570,1,2696,1666,2600,1570,1,2600,1576,2600,1570,1,2600,25122,2594,1570,1,2594,1576,2600,1576,1,2600,1576,2594,1576,1,2594,25122,2594,1570,1,2594,1576,2600,1576,1,2600,1570,2600,1570,1,2594,25122,2600,1576,1,2600,1570,2600,1570,1,2600,1576,2600,1576,1,2600,25128,2600,1576,1,2600,1576,2600,1576 1,2,1,2,0,6,7,6,7,0,11,12,11,12,0,16,17,16,17,0,21,22,21,22,0,26,27,26,27,0,31,32,31,32,0,36,37,36,37,0,41,42,41,42,0,46,47,46,47,0,51,52,51,52,0,56,57,56,57,0,61,62,61,62,0,66,67,66,67,0,71,72,71,72,0,76,77,76,77,0,81,82,81,82,0,86,87,86,87