1. издаля
    = издали.
  2. Кащей Бессмертный
    Персонаж русских народных сказок.
  3. грубое животное
    Высоцкий эксплуатирует греческий миф о Цербере, многоголовом псе, охраняющем выход из царства мертвых.
  4. снимай меня с работы
    Канцеляризм советской эпохи, в рамках сказки создающий комический эффект.
  5. Ивана-дурака
    Иван-дурак - персонаж русских народных сказок.
  6. Баб-Ягами
    Баба Яга - персонаж русских народных сказок.
  7. пришибнул
    = пришиб.
  8. жалко стало
    Аллюзия на повесть Н.В.Гоголя «Вий»:
    [Хома Брут] схватил лежавшее на дороге полено и начал им со всех сил колотить старуху. [...]
    «Ох, не могу больше!» - произнесла она в изнеможении и упала на землю. [...]
    Перед ним лежала красавица, с растрепанною роскошною косою, с длинными, как стрелы, ресницами. [...]
    Затрепетал, как древесный лист, Хома: жалость и какое-то странное волнение и робость, неведомые ему самому, овладели им...
  9. дремотное состоянье
    По законам русской волшебной сказки, в гиблом месте героем овладевает колдовской сон.
  10. кладенцом
    Меч-кладенец - волшебное оружие из русских народных сказок.
  11. двухтыщелетнему
    Т.е. Высоцкий отождествляет «бессмертность» Кащея с «вечностью» Агасфера, которая началась как раз около двух тысяч лет назад.
  12. я те
    = я тебе.
  13. бороду, мол, мигом обстригу
    Иван грозит Кащею поступить с ним так же, как Руслан поступил с Черномором в поэме А.С.Пушкина «Руслан и Людмила»:
    Тогда Руслан одной рукою
    Взял меч сраженной головы
    И, бороду схватив другою,
    Отсек ее, как горсть травы.
  14. фабрикант
    Персонаж Высоцкого употребляет это слово как синоним капиталиста, богатея («Вон настроил сколько комнат»), в конечном счете - «классового врага».
  15. интригант
    = интриган.
  16. обязательства
    «Взять/принять/выполнить/перевыполнить (социалистические) обязательства» - одно из базовых понятий советской пропагандистской машины.
  17. неграмотный, отсталый
    Естественно, - политически.
    Ср.:
    - Умоляю тебя, о Волька, объясни мне: почему здесь, в твоей прекрасной стране, все не так, как в других государствах?
    - Вот это, пожалуйста, хоть сейчас! - с готовностью ответил ему Волька и, удобно усевшись на берегу реки, долго и с гордостью объяснял Хоттабычу сущность советского строя. [...]
    - Все сказанное тобою столь же мудро, сколь и благородно. И всякому, кто честен и имеет справедливое сердце, после твоих слов есть над чем подумать, -
    чистосердечно промолвил Хоттабыч, когда закончился первый в его жизни урок политграмоты.
    (Л.Лагин. «Старик Хоттабыч»)